White horse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » White horse » Сердце города » Выставочный зал (Walter E. Washington Convention Center).


Выставочный зал (Walter E. Washington Convention Center).

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Свернутый текст

http://www.a3d.ru/old/inside2003/2003/4/1.jpg|Внешний вид

Выставки современного искусства. Какие они? Глупо было бы причислять к подобного рода мероприятиям показ полотен, залитых выделениями, или статуэток, стилизованных под фекалии. К великому несчастью Эссен, выставки в Вашингтоне почему-то не походили на Нью-Йоркские, потому присутствие на них вместо приятного времяпровождения превращалось постепенно в очередную светскую посиделку, на которой обсуждались не новые дарования, а то, кто в чем пришел, кто с кем переспал, за сколько, кто сделал очередную пластическую операцию и прочее. Несложно догадаться, что Алейда успешно избегала подобных разговоров, а на провокационные вопросы отвечала с такой дотошной правдивостью, что вопрошающие исчезали по щелчку пальцев. Шелк рубашки приятно холодил кожу, бокал терпкого вина согревал внутренности - этот диссонанс гасил ненужные мысли в голове и позволял спокойно наслаждаться произведениями, не отвлекаясь на посторонний гул.
Эсс неспеша передвигалась от стены к стене, от картине к картине. Впечатляло? Не особенно. Да, здесь была суть, был смысл, в общей панораме прослеживалась логика, освещение придавало краскам новый уровень сияния, но... Но не было души. Не было такого, что пульс ускорялся не гонимый алкоголем, но от осознания: вот он, Дали двадцать первого века. Не было и раската молнии в голове, прогрохотавшего "Верю!". К несчастью, художник рисовал для выставки, но не для себя. Впрочем, это было лишь субъективное мнение Ал, разбавленное крепленым вином.
От скуки девушка принялась изучать окружающих. Холеные модели с богатыми "папиками" под мышкой, престарелые "знатоки" искусства, агенты... Агентов Алейда любила. Они, как и сама нидерландка, рыскали в поисках чего-то для собственной галереи, они совмещали в себе и художника, и менеджера, и пиарщика, и дипломата. Из Эссен бы вышел неплохой галерейщик, если бы она имела находить общий язык с людьми. Ну, чего не дано, того не дано. Толпа, к несчастью, была одномастная: вот чем Нью-Йорк выгодно отличался - там на выставках можно было увидеть и мужчину во фраке, и шотландца в килте, и панка - и никто бы бровью не повел. Закоснела столица, закоснела. Остановившись у очередной картины, Эссен допила вино, сгрузила бокал пробегающему мимо официанту, по-конски тряхнула челкой и принялась созерцать, хотя знала, что здесь ей ловить нечего: никаких новых идей, веяний. Могла ли изобретать Алейда сама? Разумеется, именно этим она и занималась, однако для вдохновения требовался щелчок, пинок, озарение - словом, вдохновение.

0

2

София не разбиралась в современном искусстве практически совершенно. Не то, чтобы оно совсем не нравилось ей, или она с отвращением косилась на типичных представителей богемы, нет, скорее информационная база была так себе. Откровенно хромала ее информационная база, где на первом месте, на пьедестале недосягаемости и почета как водрузился Дали, так и остался до сегодняшнего момента. Однако выставки, которые можно было посетить без отрыва от рабочего графика, посещала, с нескрываемым интересом просто рассматривая полотна, подпитываясь от них, что ли. Критерий оценки произведения Софией лично часто кардинально отличался от общепринятого. У нее все было намного проще: "нравится - не нравится". Она не понимала, зачем брать за основу чье-то еще мнение, если существует свое собственное? И это было достаточно логично для нее.
Войдя в выставочный зал, как обычно сразу же замерла, привыкая снова и снова к объемам помещения, битком набитом картинами и людьми. Нерешительно покосилась на окружающих и сразу же нахмурилась, как обычно рассердившись на саму себя за собственную же нерешительность.
Да что за глупости ты тут... делаешь. Войди и смотри! Или так и будешь от толпы шарахаться? А вдруг не так посмотрят? Разочаруются? Укусят? Глупости и бред.
Еще сильнее сдвинув темно-русые брови, машинальным отточенным жестом провела пальцами по волосам, поправляя, как будто на нее и правда уставились все и сразу, и сделала несколько шагов внутрь, подходя к ближайшей картине и тут же начисто забывая про потенциальных наблюдателей. Теперь все ее внимание было занято только тем, на что она смотрела, теперь вступало в силу правило чисто эмоционального восприятия действительности... хотя у Софии другого и не было вовсе, по большому счету.
- Вот это совсем некрасиво, фотографии и то...
Поймала себя на том, что начала рассуждать вслух, тут же густо покраснела, что при ее белой коже проступило явственно и отчетливо, снова нервно поправила волосы и быстро перешла к другой картине. Делая невозмутимый вид: ее там не было, она ничего не говорила, и вообще. Слегка успокоившись, внимательно вгляделась во что-то очень оранжевое и красное, отдаленно напоминающее то ли пальмы в цвету, то ли закат в пустыне, прикусила губку сосредоточенно, попыталась отыскать знакомые очертания знакомых же предметов. Вздохнула...
Повесить меня, просто за ноги повесить, за отсутствие чувства прекрасного... да что такое. Чаще надо ходить сюда, совсем уже...атрофировалась в своем отеле. Ничего не нравится!
Настроение резко скакнуло вниз, развернулась и, не глядя, врезалась прямо в стоящего рядом человека, который оказался женщиной, да еще и настолько яркой, что тут же уставилась на нее, как на картины ранее, совсем позабыв извиниться.
Красиво! То есть... вот же черт.
- Извините, ради бога, я тут случайно... вас ударила, не хотела, честное слово.
Наконец отмерла, выдав и улыбку и поток сознания одновременно.

0

3

Искусство бывает трех видов: "да, черт возьми!", "не понимаю" и "охрана, уберите это!". Эсс презрительно сморщилась, окидывая недоуменным взглядом полотно, где восседал мрачный молодой человек, держащий в руках череп, из которого, опутанные туманным сиянием, лились в головы окружающих людей кроваво-красные потоки сознания - мысли. "Вот надо же - Владимира приплели," - с отвращением подумала Алейда, ибо память любимого поэта для нее была настолько неприкосновенной, что любой плагиат его идей моментально карался публичным осмеянием. Для удобства (для самовозвышения автора) под каждым произведением удачно расположилась книга отзывов, в которой гости могли бы свободно высказать свое мнение. Закусив губу и зловредно потерев ладони друг о друга, как классический злобный гений, Эссен выхватила из кармана на груди излюбленный "Паркер" и, вдохновенно закатив глаза, широко написала на всю страницу, где до этого пестрили восторженные отзывы подхалимов; ярко-алой пастой, напоминающей свежую артериальную кровь, Эссен размашисто написала: "Маяковский был здесь. Маяковский не одобряет!". И скромно поставила в уголке собственный витиеватый вензель с подписью. С удовольствием оглядев свою небольшую шалость, Ал поспешно убрала ручку в карман, создавая видимость полнейшей непричастности к происходящему. Разумеется, следующим же утром журналисты всех желтых газетенок с упоением будут обсасывать ее милую шутку, однако пиар, как известно, черным не бывает.
От размышлений Алейду отвлек тихий голос сзади:
- Вот это совсем некрасиво, фотографии и то...
Не оборачиваться. Моветон? Да нет, просто Эссен не привыкла вот так сходу показывать свой интерес - для начала ей необходимо присмотреться.
"Верно мыслите, мадемуазель, это именно фотографии, по нелепой случайности загнанные в один графический редактор, где их всячески изуродовали масляными красками, а после перенесли с экрана на холст."
Не оборачиваться. Принципы? Почему бы и нет. Но внутри - не от алкоголя, нет - от осознания собственного не-одиночества на этом празднике лживых страз и похвал - стало значительно теплее. Не оборачиваться. Пока.
К счастью Эсс, обернуться все-таки пришлось, ибо кто-то, разделяющий мнение голландки, с немалой силой врезался в нее, обдав шлейфом приятных духов.
- Извините, ради бога, я тут случайно... вас ударила, не хотела, честное слово.
Неспешно обернуться, чтобы не показать свой интерес. Раньше времени.
И в следующий момент расплыться в довольной улыбке, наблюдая за тем, как замерло чудное создание, испуганно? - скорее изумленно таращась на Эсс. Верная реакция. Именно она подсказала, что девушка вряд ли является завсегдатаем выставок и прочих подобных мероприятий - они бы обязательно встретились раньше. Алейда с интересом (уже неприкрытым) разглядывала незнакомку: светлая, но не болезненно бледная кожа, копна белоснежных волос - "Снежная королева!", восхищенно подумала Эсс, исследуя взглядом стройную фигуру. "Врешь, лесной эльф," - ответили зеленые глаза девушки. Серое платье удачно гармонировало с обликом, придавая ему легкость и изящество. Признаться, в толпе Алейда, столкнувшись с такой взглядом, прошла бы мимо и не вспомнила, однако здесь, когда была предоставлена возможность рассмотреть милое существо, знаток красоты оценила и - о, да на каблуках мисс была даже выше Эссен - рост (не модельный, однако весьма неплохой для девушки), и неплохую фигурку - здесь не было места пышным формам, однако они и не требовались - это бы разрушило всю "фарфоровость" образа. Пауза затягивалась, потому Ал, чуть склонив голову набок, наконец-то ответила:
-Верит ли мадемуазель в то, что случайностей и совпадений не бывает? Особенно таких счастливых?, - не вежливо, но так вдруг захотелось. -Алейда Эссен, к Вашим услугам.
Взять изящную руку и оставить на точеном пястье мимолетный поцелуй. Кажется, вечер собирался быть не таким уж и скучным.

+1

4

Когда первый шок прошел, а женщина принялась рассматривать ее в ответ, спохватилась окончательно, решив, что та не собирается прощать ее просто так.
Наверное, одна из художников. И, скорее всего, услышала мой не очень красивый отзыв о своей картине. Или решила, что я специально ее пыталась уронить – они ведь, наверное, обидчивые, потому что видят мир вот так вот… как тут нарисовано.
Кинула быстрый взгляд на картину – снова на женщину – и неожиданно успокоилась. Эта великолепная в своей яркой красоте леди могла быть кем угодно, но точно не нарисовавшим картину человеком. Потому, что картина очень уступала самой женщине в… хорошем вкусе, наверное так. София, не слишком заботившаяся о хорошем вкусе, но четко ощущающая его, явно повеселела и нерешительно улыбнулась еще раз, готовясь либо оправдываться дальше, либо просто выяснить, что же по поводу выставки думает эта леди. Хотя бы даже просто из вежливости. Однако собеседница не собиралась ни быть вежливой, ни винить ее в чем-либо, она с явным интересом и очень пристально неспеша осматривала Софи с головы до ног.
Наверное, что-то не в порядке. Надо было собрать волосы в хвост, я так и думала…
Моргнула, отгоняя совершенно неуместные и глупые сейчас мысли и попыталась снова рассердиться, хотя бы внутренне – обычно это очень помогало перестать мямлить и снова взять себя в руки. Женщина рассердиться не дала…
- Что?
Заглядевшись как зачарованная на то, как ее руку забирают в свою личную собственность, аккуратно и едва ощутимо целуют, от чего захотелось поежиться, как от приятного теплого душа, София совершенно забыла о содержании слов этой леди. Очнулась, позабыв о своей руке, несколько секунд непонимающе рассматривала ее лицо своими зелеными глазищами, напоминающими глаза кукол из качественного аниме, глубоко вдохнула и все же кивнула.
- Нет, не верю. То есть, не верю, что их не бывает. Вот сейчас же, я не сделала это специально – и получилось. То есть…
Взгляд опустился на руку, которая еще ощущала тепло такого странного приветствия, и Софи почувствовала, что катастрофически краснеет, сначала вспыхнули щеки, потом шея, дальше было платье, что спасло ситуацию в какой-то мере.
Сейчас она сочтет меня окончательной дурой. И правильно сочтет, в принципе. И почему-то мне совершенно не хочется, чтобы она ушла с таким вот… знанием обо мне. Пусть и правильным!
- София. Рэйн, София Рэйн.
Наконец, выдала хотя бы что-то, похожее на правила хорошего тона, хотя, кажется, меньше всего сейчас женщина нуждалась в ее имени.
- И…
Все еще пытаясь справиться с застенчивостью, быстренько огляделась, отыскивая тему для разговора.
Про картины. Правильно! Если она художница – ей будет интересно рассказать о своих работах. Если критик – тем более! Если просто посетитель, она расскажет о впечатлении. А потом ты подтвердишь, что думаешь точно так же и… В любом случае она все равно выберет один вариант.
- Вы… и как вам нравится здесь?
Поймала себя на мысли, что ужасно хочется коснуться руки женщины, погладить и снова отпустить, конечно.
Наверное, у нее приятная, прохладная и бархатистая кожа под пиджаком. А теперь слушай внимательно, она же что-то ответит сейчас. К моим услугам...

0

5

Наверное, больше нытья на тяжкую судьбину Алейда не переваривала только неуверенность в себе - особенно в тех случаях, когда для этого не было никаких мотивов. Вот и сейчас: отчетливо хотелось взвопить: "Чего же Вы думаете, что Вы сих плоше?" (нет-нет, на лошадь девушка не походила ни капли). Была бы блондиночка одной из моделей в агенстве, она бы уже давно получила свое - в таких ситуациях Эссен на эпитеты не скупится. Раздражение - да, черт подери! Ал действительно выбешивалась от одной только мысли, что нынче уверены в себе почему-то те, кому (в лучшем случае) сидеть бы в уголке и не вылазить на свет софитный - народ не пугать. Впрочем, переменившийся на секунду настрой никак не отразился на холеном лице - по-прежнему ленивым тюленем по лицу расползалась дружелюбная улыбка (куда уж шире?), которая от падающих теней могла бы показаться многообещающим оскалом, была бы фантазия у наблюдателей.
Нерешительная улыбка на светлом личике. "Да, да, я именно сожру тебя, если ты чуть-чуть дашь эмоциям больше воли," - усталая мысль, перевоплотившаяся в несколько недоуменный (саркастический? Нет, не ее стиль) изгиб бровей. У Алейды возникло смутное подозрение, что еще чуть-чуть - и существо бросится к ней в ноги, слезно вымаливая прощения невесть за что. Приучили? Или привыкла сама?
Недоумение блондиночки вызвало отчетливое желание громко рассмеяться: столь забавной получалась ситуация. По обыкновению люди, вращающиеся в среде неслучайных посетителей выставок, через некоторое время приникали к манерности и церемониалу приветствий: будь то рукопожатие, прикосновение губ к тонкой коже перчаток (какое счастье, что эту традицию почти упразднили), обмен воздушными поцелуями ли (не дай небеса случайно соприкоснуться с кожей и стереть все сантиметры тщательно наложенного макияжа). Радовало? Именно. Наверное, так радуются укромной лесной поляне, оставшейся целой после пожара - оазис среди пустыни, трава среди пепелища.
Неразборчивое бормотание в ответ - была ли она сама уверена в собственных словах? Или же присутствие голландки оказывало эффект ингибитора на мыслепоток девушки. Эссен, прикрыв глаза, как это делают сытые кошки, довольно протянула-промурчала:
-Обычно я не верю в судьбу, но сейчас мне кажется, что встреча с Вами- подарок небес, - половина правды, капля лести, смешать, но не взбалтывать - взрывные эффекты никто не отменял. Кто знает: быть может девушка относилась к гомофобам - сейчас вот влепит пощечину, обзовет извращенкой, развернется да убежит. К несчастью, и такие случаи бывали.
"Бонд. Джеймс Бонд," - на классическое представление классического супергероя не тянуло. Скорее создавалось впечатление (Эсс надеялась, что впечатление ложное), что девушка по каким-то неведомым причинам забыла (не может выговорить?) собственное имя. Знала бы она, каково приходится всяким Алейдам Аккерсдейкам, особенно заикающимся.
-Прекрасное имя, мад'муазель Рейн, - отчего-то отчаянно не хотелось, чтобы девушка оказалась "мадам", -И оно удивительнейшим образом Вам подходит - я прямо-таки вижу, как мудрость лучится отсюда, - кончиками пальцев провести под нижним веком собеседницы, дугой наружу - о прикосновении бы не сказало ничего, если бы не шелест шелка.
"И... я настоятельно бы попросила вас, мисс Эссен, отвалить от меня по-хорошему", - уже мысленно закончила недосказанную фразу голландка, как нежный голос неуверенно, но продолжил. И продолжил так, как Алейда вообще не ожидала. Хочет продолжить беседу? Это весьма польстило ее самолюбию.
-Нравится ли мне здесь? Ну разумеется, ведь я посещаю практически каждую выставку, - широким жестом руки обвести весь периметр помещения, чуть не смахнув у пробегающего мимо официанта бокалы. -Можно даже сказать, что я влюблена в это место, - воодушевленно продолжить тоном, каким матери говорят о любимых чадах. -Но вот это..., - голос снижен до интимного шепота, указательный и средний палец пистолетом "выстреливают" по каждой из представленных картин, -Я бы отнесла к мусорным бакам немедленно.

+1

6

Вот от сравнения с подарком снова резко и очень качественно покраснела, однако не смогла сдержать улыбки, довольной улыбки – конечно, приятно быть подарком, пусть даже и не ожидаемым. Оценила собственные ощущения и окончательно пришла к выводу, что эта вот мисс Алейда ей … нравится. У нее был очень приятный голос, не царапающий слух, заставляющий слушать и слышать, с легкой ленью, как будто на мир она смотрела сейчас полуприкрыв глаза и раздумывая. У нее были очень расслабляющие жесты и прикосновения, на которые Софии просто не умела, не могла не реагировать. И выглядела она определенно лучше, на много классов выше картин, которые сейчас претендовали на высокое звание «произведений искусства». Софи с большим удовольствием вручила это звание своей собеседнице сейчас.
- Подождите, ну что вы, какой из меня подарок.
Неожиданно улыбнулась более уверенно, вот только сейчас окончательно решив, что леди ее не укусит… по крайней мере, сейчас – точно нет.
- Это мне, скорее, приятно…
Смутилась, поймав себя на мысли, что разговор явно зайдет в тупик, если они не прекратят хвалить друг друга.
С другой стороны, ну так приятно же… приятно!
Прикосновения к нежной коже лица почти не почувствовала, но увидела – и, если бы могла, снова покраснела бы, не двигаясь с места и вроде даже переставая дышать. Захотелось закрыть глаза и попросить, чтобы она провела так еще раз, сильнее немножко. Однако вместо этого широко распахнула их и, не мигая, забыв, что умеет и должна это делать, очень напоминая загипнотизированного сытым удавом белого кролика с зелеными глазами.
- Мудрость? Издева…то есть, вы шутите сейчас, правда?
Никогда не раздумывая о собственном имени, только сейчас почему-то осознала его истинное значение, и, неожиданно развеселилась, снова улыбаясь и быстро приобретая обычный снежно-белый цвет.
- Можете называть меня просто София, если хотите.
Предложила, зачем-то машинально касаясь рукава пиджака собеседницы, как раз там, где заканчивалась ткань и начиналась рука, потрогала, помедлив, прикусила губку и убрала руку. Выражение лица было рассеянно-отсутствующим, вроде как и не заметила ничего необычного в том, что касается кого-то кроме себя сейчас.
- То есть, вы, в принципе, профессионал? И вам тоже это все не нравится.
Констатировала факт и очень облегченно вздохнула, следя за расстрелом неугодных обеим картин.
- Полностью с вами согласна. Жаль, сделать этого нам не позволят. А… вы кто?

0

7

Лицо юной собеседницы Эссен моментально преобразилось, когда на нем расцвела по-настоящему уверенная улыбка. Очевидная истина - от похвалы любой почувствует себя увереннее (даже если и не покажет этого). Алейда рассмеялась, в темно-зеленых глазах заплясали бесенята:
-Если завернуть в ленты, - перед глазами Эсс уже проплыли соблазнительные кадры: скользящие по белой коже алые атласные ленты, переплетениями закрадывающиеся в самые укромные складки тела... Арт-директор подавила желание пошло облизнуться, -То очень даже впечатляющий такой подарок, - женщина подмигнула собеседнице, мысленно отмечая, что была бы не прочь заполучить такой сюрприз на день рождения. А тем более без повода.
-Ну вот и замечательно: здорово, когда в процессе чего-то приятно обоим партнерам, - все-таки не удержалась от намека. Прямолинейность всегда была проблемной чертой для Эсс, особенно когда она порождала фразы вида "хочу тебя прямо сейчас", адресованные малознакомым людям. Алейда прикусила нижнюю губу - ставить в неловкое положение Софию она не хотела, хоть ее и изрядно забавлял милый румянец, расцветающий на светлых щечках - хотелось коснуться губами, чтобы успеть поймать эту вспышку до того, как та исчезнет.
Сейчас блондиночка стояла и смотрела на Алейду так, что той внезапно захотелось затащить ту в темный угол и провернуть все свои самые темные и страшные фантазии - лишь бы вызвать в этих зеленых омутах удивление, страх, лучше - крики наслаждения и просьбы продолжить, но никак не затравленное выражение, появляющееся у жертвы перед опасным хищником. Эссен не считала себя опасной, нет. Ибо она осознавала, какой вред может принести на самом деле, а легкий флирт - так, ерунда. Наутро уже все позабудется.
-Ну что Вы, София, разве позволила бы я себе хотя бы подумать о возможности издеваться над Вами? - Эсс укоризненно покачала головой, отчего пестрые волосы вновь хаотично взлетели, а звенящие в ушах серьги мелодично аккомпанировали тихому смеху женщины. Румянец потух. "Не успела," - с оттенком мимолетной грусти отметила про себя голландка и подумала, что у нее, быть может, будет еще шанс.
-В таком случае зовите меня просто Ал или Эсс - как Вам больше понравится, - легкий шутливый полупоклон, выпрямиться и посмотреть прямо в глаза собеседнице. О, какой взгляд! Травы на швейцарских лугах отчетливо меркнут в сравнении.
Нежная ручка неожиданно коснулась кожи самой Алейды, заставив стада мурашек бежать вниз, к горящему участку. Хотелось, чтобы она потрогала не только руку, но и выше...и ниже. Казалось, что девушка сама не осознавала, что только что сделала - в такой мечтательной задумчивости она пребывала те несколько секунд. Голландке захотелось, чтобы следующий раз непременно стал осознанным. Она не любила делить с кем-то внимание (вот он - эгоизм единственного ребенка), даже с внутренним миром новой знакомой.
-Профессионал? Вряд ли так. Скорее... Я немного разбираюсь во всем этом, - Эссен неопределенно повела плечами, как будто говорила об обыкновенном завсегдатае выставок или искусствоведе-новичке. -Отчего же не позволят? Разумеется, не прямо сейчас, но после... О, София, поверьте мне: рано или поздно вся это мерзость непременно окажется там, где ей место. Разумеется, если проныры-агенты не успеют продать пару полотен богатым, но не особенно смыслящим в живописи бизнесменам или их женушкам, для которых лучшая реклама - советы подруг.
Объяснение вышло на удивление спокойным: обычно Алейда изрядно раздражалась, когда ее не понимали с полутона или полу-мысли. Но здесь. Злиться не хотелось. Хотелось гулять босиком по улицам, пить вино и смеяться. Проблема была лишь одна: зимой такое не провернешь.
-Что же касается моего рода деятельности, то я обычный арт-директор в обычном модельном агенстве, - заученным жестом Ал вынула из переднего кармана белую визитку, где серебряными завитыми буквами было выбито "White horse", а также остальная ерунда, которую обычно пишут на этих ненужных бумажках. Пафос, господа. Визитка была ненастойчиво протянута собеседнице - к тому же на обороте был небрежно написан ее номер... Кто знает: вдруг пригодится?
-А чему же посвятили себя Вы?
Вопрос, а вслед запоздалое, малоосознанное:
-А пойдемте отсюда куда-нибудь, раз нам обеим это не нравится? - осторожно протянутая рука с короткими алыми ногтями и...нет, не просьба - прямой приказ во взгляде.

0

8

Чем дольше смотрела София на женщину перед собой, чем внимательнее слушала ее голос, тем заинтересованнее становился собственный взгляд, тем меньше в нем оставалось паники, растерянности и неуверенности. В регистратуре отеля волей-неволей становишься если не психологом (ой, нет, София была очень далека от этого!), то хотя бы сразу тренируешься в распознавании человеческих типов. И уже по тому, как клиентка, гостья отеля входила в широкую, гостеприимно распахнутую портье входную дверь, София со своей регистратуры уже могла приблизительно предположить, с кем придется иметь дело. Как отвечать, как смотреть, как улыбаться, чтобы остаться… незамеченной ровно настолько, насколько требовала работа. София ни разу еще не смешала работу и неработу, умело увиливая от слишком требовательных взглядов и справедливо считая, что иногда маскироваться и не выделяться даже полезно… или она была просто трусишкой по натуре.
- Ну что вы, не надо на меня ленты…
Невольно облизнула внезапно пересохшие губы, как будто заражаясь взглядом Ал, или же автоматически, на уровне подсознания улавливая и исполняя жест, который та хотела – и не сделала. София сделала, не анализируя, просто подчиняясь первому импульсу – облизать губы.
- Их будет … недостаточно на меня всю, и я замерзну.
Смущенно улыбнулась, переводя все в не слишком умелую шутку, подумала, обеими руками провела по своим волосам, вроде бы пытаясь собрать то ли их, то ли мысли в относительный порядок и как-то очень задумчиво кивнула.
- Вы бы позволили себе, правда, мне кажется.
Зачарованно выслушала ее смех и очнулась, тут же тряхнув головой.
- То есть, я не хотела сказать, что… очень приятно, Ал.
С благодарностью ухватилась за возможность отвести разговор от какой-то непонятной пока и слишком опасно-притягательной темы, которая сама собой заставляла нести ее всякие глупости.
Ал…или Эсс. Красиво… как красное – и сразу ярко-белое. Очень ей идет, особенно Эсс, наверное. Буду звать ее Ал, Эсс как-то слишком близко, что ли. Ал, да. Или…
Несмотря на обычную отрывочность мыслей, внимательно слушала объяснение Алейды, в конце медленно опустив голову и то ли рассматривая кончики собственных туфелек, то ли кивнув и, таким образом, подтвердив и ее правоту и собственное согласие со всем вышесказанным.
- Обычный арт-директор?
Осторожно забрала визитку и восхищенно покачала головой, тут же снова уставясь в лицо собеседницы, вроде как по-новому рассматривая ее.
- Тогда вы и правда профессиональны. Спасибо…
Поблагодарила за визитку, еще раз окинула ее взглядом. Пафоса не заметила, все внимание было поглощено самой личностью новой знакомой. Личность была настолько яркой, что София просто игнорировала все, что не касалось Ал сейчас.
- Ничего интересного, просто администратор в регистратуре отеля… Белая Лошадь, совсем как ваше агентство.
В улыбке снова скользнуло смущение – она не могла ни похвастаться положением, ни вручить визитку, почему-то снова рассердилась, на себя, и решительно вскинула голову, заставив белые волосы весело плеснуть по спине и плечам.
- Пойдемте! Тут не на что смотреть…
Раз и вы это подтвердили.
В голову не пришло почему-то ни спросить, куда они отсюда идут, ни задать много вежливых вопросов на тему времени и пожеланий. Она услышала новые нотки в голосе, увидела руку, всего мгновение колебалась и быстро, как будто боясь наказания за промедление, вложила пальцы в приготовленную ладонь. Понятия не имея, того ли желала эта рука сейчас.
- Пойдемте…

0

9

Когда София облизала губы (точно также, как хотела сделать сама Алейда мгновение назад), Эсс судорожно сглотнула, представляя как влажный кусочек плоти скользит по... Нет, лучше этого не представлять. Голос стал неожиданно хриплым, как будто Ал беспрерывно курила и пила холодный виски до этого (сложно было представить женщину, поедающую мороженое до хрипоты):
-Я бы могла помочь...согреться, - двусмысленно, слишком двусмысленно. Алейда не хотела переступать невидимую черту приличия раньше времени, поэтому мысленно влепила себе хороший подзатыльник. -Думаю, чашка кофе с корицей могла бы нам в этом помочь, - продолжила женщина таким тоном, как будто это и подразумевала с самого начала: заполучить обнаженную блондинку в лентах, а после отпаивать ее кофе и расспрашивать про здоровье...бабушки. Почему-то Эссен показалось, что у Софии непременно должна быть заботливая бабушка, которой та возит пирожки и... Красная шапочка и серая волчица, определенно.
-Только если бы ты попросила меня об этом, - почему-то перейти на "ты" показалось таким же невинным жестом, как и вообще завести весь этот разговор - долго "выкать" Алейда не умела: исключением были лишь престарелые родственники и непосредственное начальство. Для остальных Эсс использовала простое и понятное "ты" [Учитывая особенности английского, предположим, что показала это Ал интонацией].
Небрежное потряхивание головой показалось голландке слишком знакомым жестом. "Играешь в зеркало? Интересно, какая же ты на самом деле," - обрывочная, но весьма сформировавшаяся мысль: узнать до конца.
-Работа, работа, работа, - Алейда брезгливо поежилась, будто стряхивая с себя липкую паутину, -Хочу отдыхать, а не говорить о работе.
Возникшая в голосе девушки стальная решимость неожиданно порадовала Эсс: захотелось беззвучно похлопать в ладоши и вручить ей букет цветов. Роз. Белых. И алых. Почему-то Эссен показалось, что девушка изумительно бы смотрелась, погруженная в ванну с лепестками роз. Бордо или алые? Отогнав навязчивые фантазии, Ал с удивлением почувствовала, как в протянутую ладонь скользнули теплые пальцы, обдавая теплом сначала кисть, а затем жаром отдаваясь по плечу вниз, в сердце, а после еще ниже, резким ударом пытаясь подогнуть колени - но нет, ориентацию на мгновение потерял лишь замутненный алкоголем (Ал вдруг почувствовала, что неслабо пьяна) рассудок, но не тренированное тело.
-Тогда... Побежали.

-->Куда-то в город.

0

10

Ей показалось, или во взгляде новой знакомой и правда промелькнуло что-то, напоминающее взгляд гурмана на очень интересное и никогда не пробованное им блюдо? София смутилась окончательно и уже приготовилась ответить что-то по-обычному неловкое, а потом и вообще сбежать на самом интересном месте, быть может, как Ал подкинула совершенно невинную мысль с кофе и корицей. Обеими руками ухватилась за мысль и закивала, закивала, одновременно подхватывая обеими руками пушистые волосы и снова пытаясь придать им мало-мальски приличный вид.
- Да, кофе – это было бы самое то.
Она настолько не любила кофе, что пила его всего два раза в жизни, первый – и последний. И что заставило согласиться сейчас не имела никакого понятия… Может, привычка отзеркаливать собеседника, которому хочется понравиться? Определенная логика в этом интуитивном и одновременно четко выверенном поведении была: ты ведь любишь кофе с корицей, иначе бы не предложила мне его; значит, если я соглашусь, ты поймешь, что у нас есть что-то общее; людям нравится, когда с кем-то у них общие интересы, им становится приятно; значит, мне нравится кофе с корицей, да и… не заставит же она меня его пить, это просто к разговору. Ничего этого, конечно, София не подумала, но…
- Нет, ну что ты, я пока не просила совсем.
Оставив в покое тему кофе, тоже не сопротивляясь перешла на ты.
- И, если хочешь – никаких разговоров о твоей работе.
Ужасненько захотелось снова покивать, но волосы, так и не смирившиеся окончательно, намекающее лизнули шею, уже прикидывая наверняка, что будут делать дальше. Поэтому ограничилась только коротким кивком и очень задумчиво посмотрела на свои пальцы в руке Ал. Привычным жестом закусила губку, осторожно погладила ее ладонь и почему-то решительно потянула ее к дверям, то ли исполняя очередной приказ, то ли просто решив, что и правда пора выбираться отсюда, то ли выражая таким образом заботу, то ли просто захотелось и все тут!

/тоже в город куда-то, за Ал/

0


Вы здесь » White horse » Сердце города » Выставочный зал (Walter E. Washington Convention Center).